Туристический центр "Магнит Байкал"
      
Понедельник, 21.09.2020, 18:25
Приветствую Вас Гость | Регистрация | Вход




Полезные статьи о Байкале

Главная » Статьи » Байкальская сторона ч. 2


За алмазами - 12
Исследование шлихов в минералогической лабора­тории геологического управления показало распрост­ранение на всей площади более или менее однообразной минералогической ассоциации, основу которой составляли минералы: оливин, пироксен, ильменит, магнетит, характерные для сибирских траппов. Ми­нералов, характерных для ультраосновных пород, ко­торые постоянно присутствуют в уральских алмазо­носных отложениях,— хромита, хромпикотита, шпи­нели — шлихи не показали. Между тем кимберлиты — коренные источники алмазов — относятся к ультра­основным породам с меньшим, чем в базальтах, содер­жанием кремнезема и с несколько другой минерало­гической ассоциацией. Вилюй в верхнем течении сте­кает с севера на юг, поворачивая затем на восток к Лене примерно на той же широте, на которой Ниж­няя Тунгуска поворачивает на запад. Следовательно, Вилюй в верхнем течении дренирует площадь, отлич­ную от освещенной нашим шлиховым опробованием. На ней мы могли встретить и другую минералогичес­кую ассоциацию. Было известно, что в речных отло­жениях, в косах Вилюя встречается платина — мине­рал, присущий ультраосновным породам.
По этим причинам в проекте поисковых работ мы предусматривали провести крупнообъемное опробо­вание галечников на реках Илимпее и Чуне, где пар­тия Белова и Файнштейна наметили подходящие для этой цели скопления галечников, завершить обработку проб, наработанных летом 1947 года,— концентрат зер­нистого материала просмотреть под рентгеном, а одну партию с шлиховым опробованием направить на Ви­люй.
Однако этот проект подвергся некоторому сокра­щению в Москве, в Комитете по делам геологии. Коми­тет не отпустил денег для организации Вилюйской поисковой партии, предложив нам не разбрасываться, а сконцентрировать силы и внимание на поисках в бассейнах рек Чуни и Илимпеи. Нам не удалось отстоять свое мнение в Комитете, но мысль о необхо­димости выполнить эти работы не оставляла нас.
В марте (или в начале апреля) 1948 года, когда план 1948 года определился, в геологическом управ­лении состоялось собрание партийно-производственно­го актива. На этом совещании мы от имени коллектива выступили с обязательством выполнить полностью план поисковых работ, определенных нам утвержден­ным проектом, с меньшими затратами и меньшими силами, а за счет сэкономленных средств без увели­чения ассигнований сформировать дополнительную партию и ее работами освоить бассейн Вилюя. Это обязательство было принято активом и вошло в его решение. Так мы добились своего — получили право и возможность выйти с поисками на Вилюй.
После актива мы скорректировали проект, поиско­вую площадь, рассчитанную на четыре партии, раз­делили между тремя, увеличив для каждой из них заданный объем работ, и выделили четвертую пар­тию — Вилюйскую, определив, что на Вилюй отпра­вится Файнштейн.
Весной начали просмотр концентрата зернистого материала из крупнообъемных проб. Дело шло мед­ленно. Концентрат приходилось оттаивать, просуши­вать, а продолжительность рабочей смены оператора у рентгеновской аппаратуры была только четыре часа, как требовала техника безопасности. Да из этих че­тырех часов 15—30 минут уходило на то, чтобы зре­ние оператора адаптировалось в темноте — иначе он мог пропустить, не заметить люминесцирующие зер­на. Индикатором, указывающим на то, что оператор готов к просмотру, служили крошки флюорита. Когда оператор безошибочно различал их люминесценцию, он мог начинать просмотр концентрата.
Базу экспедиции перенесли в Ербогачен, отсюда легче было поддерживать связь с поисковыми пар­тиями.
Все поисковые партии работали на своих участ­ках, и в селе Ерема шел просмотр концентрата про­шлогодних проб. Мне же опять пришлось пережить «авиационное» приключение и снова садиться в тай­гу на самолете...
Не удалась и третья наша попытка долететь до Стрелки. У меня даже возникло какое-то «мистичес­кое» подсознательное восприятие Стрелки как «закол­дованного места». Гораздо позже, в 1973 году, геоло­гические исследования вновь привели меня в эти места, и я снова полетел на Стрелку из Вановары, теперь уже на рейсовом самолете Ан-2 Аэрофлота в числе прочих пассажиров —и все время ждал, что что-нибудь слу­чится опять!
Немного погодя я вылетел на Илимпею, в партию С. Н. Соколова. На Илимпее поисковые работы шли полным ходом, вблизи от участка обогатительных ра­бот была расчищена (к сожалению, на торфянистом грунте) посадочная площадка, работала рация.
Категория: Байкальская сторона ч. 2 | Добавил: anisim (24.09.2011)
Просмотров: 1341 | Рейтинг: 5.0/10 |
Всего комментариев: 0

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
<Сайт управляется системой uCoz/>