Туристический центр "Магнит Байкал"
      
Пятница, 18.01.2019, 03:04
Приветствую Вас Гость | Регистрация | Вход




Полезные статьи о Байкале

Главная » Статьи » Сибирские мифы и археололгия


Скульптуры эпохи мамонтов - 4
Сложный образ антропоморфного существа с рогами оленя, головой совы, передними звериными лапами и хвостом — еще одно известное изображение синкретично­го мужского персонажа. Мифический герой исполнен древним художником в технике резных линий росписи в специальном святилище — в труднодоступном углубле­нии стены зала, который располагался в 400 м от входа в пещеру Три Брата. Местоположение рисунка, сложность образа, его значительность позволяют предполагать, что это главное действующее лицо определенного мифологи­ческого цикла, объект почитания первобытного коллек­тива..
Динамичные сцены и сложные композиции, искусство изображения которых расцвело в мадленскую эпоху конца верхнего палеолита Франции,— предмет особого внима­ния исследователей первобытной идеологии и ее мифоло­гизированных выражений. Сцена запечатлела героев шествующими с копьями или палками на плечах, танцую­щими или толпящимися вокруг остова бизона, куда-то спешащими. В подобных композициях «действуют» антро­поморфные персонажи, их облик однотипен, черты не де­тализированы. Напротив, в сценах с животными антро­поморфные образы выглядят выразительными, иногда до гротескности. Уникальное изображение антропоморфного существа рядом с животными было обнаружено и в на­шей стране, в Приуралье, в знаменитой Каповой пеще­ре. Жизненный цикл первобытного человека и его мифи­ческие представления запечатлены в этих поразительных образцах его раннего творчества.
Женщина заклинает, мужчина действует — таковы основные сюжеты известных барельефов Лосселя, в кото­рых, очевидно, выразилось понимание древним мастером законов реального взаимодействия человека и природы. «Напрасно думают, что женщины слабее мужчин в охоте. Домашнее колдовство сильнее, чем заклинания, которые произносятся в тундре... Тщетно ходит мужчина, но те8 что сидят у лампы,— сильны, им легче подозвать любую дооычу»,— говорил старик-эскимос этнографу В. Г. Тану-Богоразу. Образ мужчины в первобытных мифологиях в искусство более противоречив, сложен и многочленен в своей семантике, чем образ женщины. Это четко отра­жено в живописи и графике верхнего палеолита. Образ мужчины в архаических представлениях был многоплано­вым: как антропозооморфный тотем, первопредок этни­ческой общности, наконец, реальный выдающийся охот­ник, чья деятельность на благо коллектива делала из не­го персонажа мифологических легенд.
Классические примеры древнейшего искусства Запада при всей своей уникальный неповторимости свидетель­ствуют о том, что образы мифологических героев Сиби­ри — предков-тотемов и культурных героев — созданы в едином русле общемирового творческого процесса. Убе­дительные доказательства этого — можно найти в на­скальном искусстве Сибири, древнейшей графике и скульптуре.
К архаическим относятся изображения властелина тундровых просторов палеолитической Сибири — ма­монта. Они известны по графике Мальты на Ангаре и Берелёха на Индигирке, по скульптуре Малой Сын на Белом Июсе и Усть-Ковы на Ангаре, Датировка стоян­ки древних охотников Усть-Ковы близка мальтийской — 23 920 ± 310 лет до нашей эры. Здесь же обнаружено изображение птицы. Скульптурка птицы представляет особый интерес в связи с ярко выраженной орнптоморфностью древнейших  образов сибирских мифологий.,
Принципиальное единство путей развития изобрази­тельных форм и сюжетов в древнейшем искусстве Евра­зии, как и питавших их мифологических образов, демон­стрируют наскальные рисунки антропоморфных персо­нажей из Восточной и Западной Сибири. Чрезвычайно выразительны рисунки из Верхней Бурети на Ангаре. Наибольший интерес вызывают зафиксиро­ванные на скальных выходах орнитоморфный персонаж, зооантропоморфная фигура с рогами и хвостом (со знаком мужского пола), антропоморфизированная фигура медве­дя, персонаж с развилкой рогов и тут же — лось и птица.
Рогатая фигура мужского пола, показанная древним художником в молитвенной позе адорации — с подняты­ми руками, и лось изображены на Втором Каменном остро­ве на Ангаре. Два подобных же рогатых мужских персо­нажа изображены под хороводом человеческих фигур и над цепочкой идущих лосей. Мужчина с короной из рогов оленя известен по писаницам Большой Кады. Аналогичные образы запечатлены на рисунках в Забай­калье: схематичное изображение — на писаницах Селен-дума, фигура шаманского облика — в пади Онохой.
Как интерпретировать эти неоднозначные образы? Возможно, в них показан человек-зверь. Несмотря на схе­матизм изображения, можно предположить, что рога бы­ли оленьи и лосиные. Человеком-оленем, человеком-ло­сем — так, очевидно, представляли героя тотемного круга, зооморфного предка (вспомним Дяйбанго у нганасан, Кандальдука у селькупов). Эпоха создания подобных ми­фологизированных рисунков — неолит, а отчасти и ран­ний бронзовый век, о чем свидетельствуют другие, орга­нично соседствующие с ними рисунки.
Иногда на писаницах показывали борьбу зооантропоморфных мифических героев: на скале у Свирска персо­наж с развилкой рогов борется с медведем, в Большой Каде длиннохвостое существо антропоморфного облика ста­новится жертвой мужского персонажа, захватившего его голову в пасть. На камнях Сухой Бали на Ангаре так на­зываемый махальщик изображен в окружении лосей, ве­роятно во время охоты. Примечательны динамизм подоб­ных сцен, а также очевидное стремление показать взаимо­действие мифического героя и реального зверя — медведя или лося.
Категория: Сибирские мифы и археололгия | Добавил: anisim (22.07.2011)
Просмотров: 1276 | Рейтинг: 5.0/3 |
Всего комментариев: 0

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
<Сайт управляется системой uCoz/>