Туристический центр "Магнит Байкал"
      
Вторник, 20.10.2020, 22:08
Приветствую Вас Гость | Регистрация | Вход




Полезные статьи о Байкале

Главная » Статьи » Сибирь в описаниях европейцев XVIII в.


Известия в середине XVIII в. Мессершмидт, Паллас, Георги, Гмелин, Лаксман, Зиверс - 5
21 февраля Гмелин доехал до реки Кана и до Канского острога, затем до реки Поймы, реки Бирюсы и Со­леной речки, содержащей минеральную воду приятного вкуса. При посещении Удинского острога Гмелин обстоятельно ознакомился с жизнью и бытом бурят (братских), много пишет об их обычаях, религии, о ша­манах. О Тулуне Гмелин пишет, что эта деревня лежит на реке Ие, имеет приблизительно 10 домов, 50 домов в Барлуке-погосте на Оке. Через Ангару экспедиция пере­бралась на другой берег и посетила деревню Шиверскую и Балаганский острог: «Этот острог еще до постройки Иркутска был заложен в виде четырехугольника... В нем имеется канцелярия, дом приказчика, несколько хижин, церковь и две металлические пушки. Вне острога в сто­рону суши имеется около 60 домов, заселенных отчасти служивыми, отчасти купцами; и это довольно видные дома с высокими окнами и светлыми комнатами. Купцы имеют хороший достаток. Так как летом многие купцы прибывают, сюда по пути в Иркутск, недалеко от реки построен дом, где несколько лавок, которые, однако, сей­час заперты и их открывают только тогда, когда проез­жающие купцы хотят торговать.
Вокруг этого острога живет много бурят, которые со­вершенно не заботятся о сельском хозяйстве и живут только от скотоводства. Здешние бурятские быки особен­но знамениты. Я видел таких, которые не уступают чер­касским. Среди этих братских,   наперекор   общему для всех этих неверных обычаю, ведется ремесло, в котором среди них много мастеров. Они умеют выкладывать же­лезо серебром или золотом так красиво, что это выгля­дит как дамасковая работа. Почти вся конская сбруя, пояса для охотничьих ножей, поясные ремни и т. д. со­стоят из такой работы, а также ложки. Последние сде­ланы из железа, сплошь покрытого оловом. Остальные вещи лишь частично набраны для украшения. Чтобы уви­деть, как эта работа делается, мы вызвали несколько мастеров-кузнецов и заставили их сделать при нас про­бу. Мы им дали форму пластинки, на которой они долж­ны были выложить имя его императорского величества. Они сначала выковали кусок железа данной формы сог­ласно данному образцу, после чего они еще раз накали­ли железо и дали ему остыть. После этого они насекли железо вдоль и поперек острым зубилом, которое все время отодвигали от себя и постоянными ударами мо­лотка по зубилу наносили необходимые зарубки на же­лезе. Таким образом они три раза делали зарубки, так что каждый раз зарубки получали другое направление и пересекали друг друга. Они часто рассматривали обра­батываемое железо, чтобы зарубки были ровные. По­сле нанесения насечки они нагрели пластинку до ворснения и довели дело до того, что можно было сделать требуемое изображение. Серебро, которым они пользо­вались для своей работы, состояло из тонкой проволоки двух размеров и очень тонких пластинок серебра. Они начали работать, но получилось у них плохо. Правда, ли­нии были ими нарисованы, но в рисунке они неопытны и не смогли его скопировать. Поэтому пришлось им на­нести рисунок на пластинку, и тогда дело пошло. Точно по рисунку они в конце одной линии вкладывали конец проволоки и вбивали его; эту серебряную проволоку они вели за линией до другого конца, вбивали его по всей длине и потом отщипывали. Так они поступали по всей линии, пока все изображение не было готово. Но так как проволока была не совсем крепко вбита, они били по ней до тех пор, пока она не садилась в нанесенные насечки. Если они хотят покрыть всю пластинку или большую ее часть, они вырезают серебряную пластинку по форме, какую хотят иметь на железе, и вбивают ее. Для всей этой работы они пользуются одним только молотком. Он расширен с обоих концов, один конец гладкий, другой с насечками, следовательно, шероховат. Но когда они об­рабатывают железо, они не пользуются концами молот­ка, а берут его в ширину и бьют им плашмя. Когда же они вбивают серебро, они пользуются шероховатым кон­цом, а для полировки — гладким концом. Проволоку они протягивают через отверстие соответствующего раз­мера. Они же и сами куют серебряные пластинки. Пла­вят они серебро в железных сосудах, так как не знают глиняных».
Проезжая Идринский острог и Олонки, Гмелин обра­тил внимание на плодородие тамошней земли: «Мест­ность здесь очень приятная, и почва очень пригодна для земледелия. В прошлом году урожай из-за частых дож­дей, выпавших к осени, был плохим, поэтому и пшеница этого года продавалась по 20 копеек, в то время как за пшеницу предшествующих лет охотно платили в два раза больше».
Утром 8 марта 1734 года Гмелин прибыл в Иркутск. Выявилась возможность задержаться некоторое время, и было решено отправиться сначала в Селенгинск, а по­том уже по летней дороге продолжить путешествие. Но сборы закончились только 22 марта — были большие затруднения с получением лошадей для 37 повозок экс­педиции. Чиновники чинили всякие препятствия, прида­вая научным целям экспедиции не так уж много значе­ния и явно саботировали имеющийся у экспедиции царский указ. Тогда было решено для ускорения дела, дабы не пропустить зимний путь по Байкалу, послать людей на рынок и отобрать с помощью приданных сол­дат пригодных лошадей.
Некоторое время Гмелин задержался на Никольской заставе: «Таможня берет пошлины на все товары, кото­рые прибывают с китайской границы и не могут быть провезены по другим дорогам. Товаров этих много, и должность сборщика очень важна, что видно из того, что такой человек за год может разбогатеть. Наместник дает эту должность, и соискатели приносят ему щедрые жерт­вы. Обычно эта дань составляет 300 рублей, которые от­дают только тогда, когда соискатель действительно на­значен. Рассказывают, что этот пост недавно освободился и оказалось три претендента, и всем им наместник обе­щал дать это место. Каждый думал, что будет назначен. Они в разное время бегали к наместнику и просили о своем назначении. Он обещает каждому. И случилось так, что   они пришли все вместе.   Каждый потихоньку просил о своем назначении. Наместник в конце концов удовлетворил всех троих и всех их назначает, чего рань­ше никогда не было, сборщиками пошлин. Каждый за­платил свои 300 рублей и, как я слышал, никто не пожа­лел, что принес такую обильную жертву».
Описание Байкала, данное Гмелиным, оригиналь­ностью не отличается и, пожалуй, ничего не прибавляет к тому, что сообщали его предшественники. Находясь в Селенгинске, Гмелин осмотрел бурятские юр­ты и дает подробное их описание. Встреча с монгольским тайшой дает путешественнику повод под­робно описывать монгольскую религию, нравы и обычаи монголов.
Вторая часть дневника Гмелина дает описание совер­шенного им в 1735—1737 годах путешествия по ту сторо­ну Байкала до восточной китайской границы, по реке Лене до Якутска. Автор знакомит читателя с нравами бурят, тунгусов и якутов, вступая по целому ряду вопро­сов в полемику со Страленбергом.
23 мая 1735 года экспедиция отплыла из Селенга в Удинск, оттуда сушей шли до Читинского острога. Да­ется подробное описание Аргунских рудников, в частно­сти, Гмелин сообщает некоторые сведения о Петере Дамесе и его полезной деятельности. 20 сентября Гмелин вернулся в Иркутск и совершил поездки по окре­стностям города, знакомясь с промышленными предпри­ятиями. 28-го сентября Гмелин вместе с профессором Миллером поехал в Каштак на «винокуренный завод, находящийся в 6 верстах от города. Мы выехали через монастырские ворота, оставили с левой стороны Девичий, монастырь и принадлежащую ему деревню и через гори­стую местность и сосновый лес прибыли в находящийся в долине Каштак. Там имеется 37 перегонных кубов в одном ряду, и из каждого ведут две трубы, лежащие в желобе, по которому постоянно течет свежая вода... Вод­ка течет по трубам в кадку, поставленную к каждой паре труб. Напротив перегонных котлов, но на более высоком месте, в один ряд поставлены 8 деревянных бочек, в ко­торых бродит солод. Каждая бочка вмещает 147 пудов солода, а заправляются одновременно две из них. В каж­дую бочку, через засыпанный туда солод, пускают столь­ко кипятку, пока он на несколько футов не покрывает последний. Кипяток из большого котла пускают через желоб. Как это требует время года, добавляют из этого котла столько теплой воды, чтобы поддерживать броже­ние. Это длится обычно три дня. Когда брожение закон­чилось, добавляют холодной воды, пока бочки не запол­нятся почти до края. На четвертый день начинают пере­гонку,- и две бочки опустошаются за 24 часа. Водка не лучше и не крепче, чем молочная водка языческих наро­дов и, вероятно, по этой причине ее называют аракой, как называют язычники свою водку. Через повторную пере­гонку из нее делают вино или настоящую водку. Чтобы сделать крепкую водку (Spiritus vini rectificatus), ее еще раз перегоняют. Семь перегонных котлов достаточ­но, чтобы полученную араку превратить в вино... Имеет­ся три таких винокуренных завода, принадлежащих его императорскому величеству и снабжающих всю Иркут­скую, Илимскую и Селенгинскую области. Тот, который мы осмотрели, называется первым Каштаком, так как он ближе всех к городу; более отдаленный, имеющий 53 перегонных котла, называют средним; а самый отдален­ный, снабженный 60 котлами, последним. До этого част­ные лица содержали винокуренные заводы и отпускали водку за определенную плату в казну. Но канцелярия, воеводы и эти частные лица слишком много получали прибыли. И хотя казна особенно от этого не страдала, страдал народ, так как водка была в два раза дороже, чем должна была стоить. Поэтому теперь все винокурен­ные заводы принадлежат его императорскому величест­ву... Если бы улучшить устройство, водку можно было бы отпускать за половину нынешней цены, если только соблюсти определенную температуру брожения и не до­пускать, чтобы при перегонке так много улетучилось. Я пошел в чулан, где хранится водка и где за пять минут можно потерять сознание из-за спиртных испарений. Кадки, куда стекает водка, имеют в диаметре по мень­шей мере один фут и стоят открыто, и трубка кончается на высоте в полфута над кадкой. В камере, куда стекает арака, все так же, и хотя запах не так уж силен, можно все же видеть, что много улетучивается. А так как в гу­ще солода, в самом низу бочки, содержится больше всего спирту, было бы разумно этот осадок перегонять от­дельно. Таким путем можно было бы сразу получить водку. Но когда даешь такие советы, отвечают: «как де­лали наши деды, так и мы продолжаем».
Категория: Сибирь в описаниях европейцев XVIII в. | Добавил: anisim (29.11.2010)
Просмотров: 1968 | Рейтинг: 5.0/8 |
Всего комментариев: 0

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
<Сайт управляется системой uCoz/>