Туристический центр "Магнит Байкал"
      
Пятница, 25.09.2020, 08:04
Приветствую Вас Гость | Регистрация | Вход




Полезные статьи о Байкале

Главная » Статьи » Байкальская сторона ч. 1


Колдовской приворотный напиток - 3
Приходится удивляться тому, как мало, в сущнос­ти, написано полотен, посвященных Байкалу, хотя есть у нас в Сибири мастера пейзажа, искусные мари­нисты... Почему? Быть может, потому, что у Байкала есть еще какая-то своя тайна, недоступная худож­нику? Как-то мне довелось разговаривать с одним приезжим живописцем,  который  собирался сделать альбом рисунков и этюдсв на Байкале. Он долго вы­пытывал у меня, куда поехать, где поискать наиболее колоритные, свойственные Байкалу пейзажи. Месяца через полтора я снова встретился с ним. Мне показа­лось, что он чем-то подавлен. Я попросил его показать мне свои этюды. Он сделал это нехотя. К моему удив­лению, я обнаружил, что в альбоме очень мало места занимал сам Байкал. Больше всего было этюдов бере­гов озера, рыбачьих поселков, остроносых карбасов, набросков на темы рыбных промыслов и у костра отдыха рыбаков. А когда я спросил художника, по­чему он так мало писал Байкал с натуры, тот при­знался, что не сможет написать Байкал таким, какой он есть. Для того, чтобы это сделать, надо родиться и прожить всю жизнь на его берегах. «Понимаете,- сказал он мне,— у вашего Байкала какая-то удиви­тельная способность меняться не то что ежеминутно, а прямо-таки ежесекундно. Только пристроишься, под­берешь подходящий тон — трах!—подул ветер, и... улетели краски! Тут нужны какие-то другие средства изображения. Ни кисть, ни карандаш за ним не по­спевают,,, по крайней мере, у меня, приезжего че­ловека».'
Но не так уж много пишут Байкал и местные ху­дожники, живущие вблизи него. «Байкал слишком откровенно красив,— пояснил мне как-то знакомый иркутский пейзажист,— и поэтому писать его таким, как он есть, нельзя. В наше время красиво писать картины почти так же непристойно, как красиво го­ворить...» Что ж, быть может, это и правда. Не пото­му ли на картинах наших художников Байкал редко предстает в наиболее присущем ему радостном ве­ликолепии, во всей силе его ярких и чистых тонов?
Однако у Байкала был свой Айвазовский. Много лет творчества отдал Байкалу один из выдающихся и старейших  художников Сибири — Борис    Иванович Лебединский. На его полотнах и особенно на офортах и гравюрах Байкал предстает прекрасным и роман­тичным. Лебединский, видимо, не боялся писать кра­сиво. Словно маг, мановением руки он останавливал Байкал в том состоянии, в каком задумал его отобра­зить: в сиянии тихого, сверкающего бликами, «перла­мутрового» полдня, в неистовстве бури или чуть тро­нутого рябью рассветного ветерка. Но, повинуясь художнику, ставший недвижимым Байкал, увы, пре­вращается лишь в шедевр искусства: непокорная из­менчивая прелесть его, лишенная движения, усколь­зает как обманчивый мираж. Быть может, изобразить Байкал «живым», таким, как он есть, вообще не под силу человеку? Возможно, не стоит и пытаться вос­производить на холсте его краски и движение? Может, нужно стремиться к другому, к тому, чтобы проник­нуть в существо его характера, уловить то, что глубо­ко скрыто от поверхностного взора и составляет живую суть его мятежной и изменчивой натуры?
В одной из наших экспедиций на Байкале я встре­тился и подружился с «бродячим», как он сам себя называл, художником, исходившим чуть не все гольцы и побережья Байкала. Он писал свои этюды в горах Баргузинского хребта рядом с нашей полевой метео­рологической станцией, и на них удивительно оживали далекие, лиловеющие в дымке гольцы, и одетые чер­ным и красным бархатом накипных лишайников ска­лы, и призрачно млеющий вдали синий Байкал, и черные зеркала мертвых озер, лежащих на дне глу­боких ледниковых цирков. Мамаев не дипломирован­ный и не очень известный художник. Не все в его произведениях одинаково удачно, но он, мне кажется, в какой-то доле понял живую душу Байкала. В чем секрет его успеха, судить не мне, но, думается, что дался он ему, видимо, не размышлениями, не анали­зом и даже не талантом, а чем-то иным.
В древнейшие времена, когда человек стоял гораз­до ближе к природе, чем теперь, когда, составляя с нею почти неразделимое единство, он обожествлял ее стихийные силы, поклонялся солнцу, звездам, чтил горы, реки и леса. Тогда, несомненно, человек покло­нялся и Байкалу. Еще недавно коренные жители ок­рестных районов — буряты — приносили жертвы на его берегах.
И мы не смеемся над проявлением этой наивной веры в силу и могущество Байкала, предстающего в легендах и сказаниях в виде могучего сурового стар­ца, грозного владыки многочисленных стекающихся к нему данников — рек и ручьев, в виде отца единствен­ной и любимой, но обманувшей его доверие красавицы дочери Ангары, бежавшей ночью к своему возлюб­ленному богатырю — Енисею.
Категория: Байкальская сторона ч. 1 | Добавил: anisim (22.09.2011)
Просмотров: 1235 | Рейтинг: 5.0/10 |
Всего комментариев: 0

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
<Сайт управляется системой uCoz/>