Туристический центр "Магнит Байкал"
      
Пятница, 28.04.2017, 23:50
Приветствую Вас Гость | Регистрация | Вход




Полезные статьи о Байкале

Главная » Статьи » и Северным океаном ч. 2


Как большевик победил черта - 5
…Три года провел Ушаков на острове Врангеля. В ночь па 28 августа 1929 года ледорез «Литке» с помятым правым бортом, с поврежденным форпиком и изрядной течью после многих попыток пробился к бухте Роджерс. На борту была смена зимовщиков во главе с полярником Арефом Ивановичем Минеевым (впоследствии оп написал обильно насыщенную фактами интересную книгу об острове Врангеля).
В минуты прощания на палубу «Литке» поднялось всего шестеро старых зимовщиков во главе с Ушаковым. Ни один эскимос, ни один чукча не хотел покинуть процветающую колонию, и, наверное, это было еще важнее, чем уточнение карты, чем дневники метеорологических наблюдений, чем трехлетнее изучение острова.
Может быть, описания борьбы с суевериями эскимосов и чукчей, со злополучным Тугныгако острова Врангеля покажутся сегодняшнему читателю преувеличенно значительными и слишком экзотическими.
Но если мы хотим знать правду во всей ее противоречивости, а порой и неприглядности, мы должны отнестись к черту Тугныгако вполне серьезно. К Тугныгако в широком смысле, разумеется.
К тому миру суеверий, невежества, культовых, часто кажущихся нам нелепыми обычаев коренного населения, которые иногда становились едва одолимым препятствием для наведения совершенно необходимых взаимных дружеских мостов. Без них морозы злее, пурга опаснее, каждый шаг по тундровому болоту вдвое тяжелее.
В тридцатых годах на Таймыре, в знак особого расположения к гостю, хозяин чума разжевал кусок оленины, вытолкнул кашицу изо рта в пригоршню и протянул мне. Жевать не надо, глотай!
Два десятилетия спустя в сирийской пустыне кочевые бедуины угощали меня и моего спутника-арабиста пловом. Хозяин взял рукой жирный рис с большого медного подноса, сжал в комок и поклонился мне. «Берите и глотайте, — прошептал арабист, — иначе оскорбите хозяина, он сразу — за кинжал».
Я положил комок в рот, потом с тысячами предосторожностей, прикрываясь лепешкой, переложил его в карман куртки. Арабист же проглотил, запил водой, перевернул чашу и поцеловал ее дно.
Он показал, что до тонкости знает обычаи бедуинов. Под шатром прошелестел одобрительный гул, все заулыбались, кивая головой.
Мы бываем порой грубы и категоричны в суждениях:
— Что за дурацкий обычай? Какой это еще черт Тугныгако? Сказки, глупости, суеверия, никаких чертей нет!
Что, если бы Ушаков сказал нечто подобное?
Обычаи сложились за столетия. Даже если они с нашей точки зрения нелепы, непростительно относиться к ним свысока, оскорбляя людей. Какими же выдержкой и настойчивостью обладал Ушаков! Ведь так легко было сорваться, как срываемся мы по ничтожному поводу в очереди на автобус или у магазинного прилавка.
А он не срывался при обстоятельствах чрезвычайных. Понимал, что находится при важном государственном, да и просто общечеловеческом, деле и держал себя в руках так крепко, как мне, например, не удавалось в юные годы, не удается и в преклонные.
Национальная политика — это не только слова и лозунги о равноправии. Это воспитание в себе чувства уважения к другим народам, понимания их особенностей, обусловленных местом обитания, природной средой, влияниями соседей, иногда — завоевателей, навязывавших свой образ жизни.
Без таких людей, как коммунист Георгий Ушаков — а их было немало на полярных наших окраинах, — не шагнули бы северные народы столь стремительно через века и эпохи. Сегодняшний читатель принимает как нечто совершенно естественное, что на Чукотке, где звериные шкуры шили костяными иглами при свете чадящей плошки с тюленьим жиром, светит и греет камелек на всю Чукотку — атомная станция.
На острове Врангеля и сегодня нет городов, горнодобывающих комбинатов, шумных дорог, преобразивших соседнюю Чукотку.
Этот остров постарались сберечь во всей его природной неповторимости. И небольшой поселок Ушаковский населяют не охотники на белых медведей, моржей, диких оленей, а любители и защитники полярной флоры и фауны.
Здесь белые медведи, занесенные в Красную книгу, живут без боязни за свою красивую шкуру. Остров — главный «родильный дом» для «владык Арктики». В снежных берлогах медведицы приносят потомство. Часть медвежат осторожно отлавливают и на самолетах отправляют в зоопарки.
Моржи, которых в северных морях становится все меньше, как будто чуют, что на острове Врангеля их никто не тронет. Тут самые большие в стране, а может, и в мире, лежбища этих животных.
А белые гуси? Остров сохранил единственное на весь Советский Союз их большое гнездовье. Уже видят островитяне розовых чаек, редчайших птиц, о которых еще и до сих пор мы очень мало знаем.
Как и прежде, остров богат оленями. Сюда завезли и новоселов — крупных, неприхотливых овцебыков, которым, возможно, суждено из диковинки превратиться в постоянных обитателей тундры.
Стоит ли печалиться, что жизнь на острове не повернула в привычное русло цивилизации — бульдозеров, карьеров, бетонных дорог?
Станем лучше радоваться за будущие поколения, которые увидят почти нетронутыми такие уголки, где наши деды и прадеды лицом к лицу бесстрашно встречались с еще непознанной Арктикой!

 

Категория: и Северным океаном ч. 2 | Добавил: anisim (29.11.2012)
Просмотров: 2766 | Рейтинг: 5.0/3 |
Всего комментариев: 0

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
<Сайт управляется системой uCoz/>